Главная Ущелье Окруты Регистрация

Вход

Приветствую Вас Путник | RSSПятница, 20.10.2017, 02:26

Тропы Ущелья
  • к сказу об Ущелье
  • к Иерархии Ущелья
  • в галерею Ущелья
  • в читальню Ущелья
  • к видео
  • к содружеству Полной Луны
  • на Вече
  • к рассказу об окруте и волках
  • в книгохранилище Ущелья
  • к диковинкам Ущелья
  • к складу Ущелья

  • Категории раздела
    Мои рассказы [10]Мои наброски [2]Мои фанфики [0]

    Статистика

    Внимают всего: 1
    Путников: 1
    Посвящённых: 0

    Форма входа

    Читальня
    Главная » Статьи » Мои наброски

    Охота на волков
    Охота на волков.

    Homo homini lupus est

    Глава 1. Санитары города.
    Ночная тишина. Прекрасная ночная тишина. Кто посмеет нарушить её идиллию. Ко-нечно, назвать её тишиной в полном смысле нельзя – где-то вдалеке слышатся различные звуки, но слышатся они чётко и по отдельности, а не сливаются в неразборчивый гам. Та-кое им позволяет то, что называется ночной тишиной. Какой бы не был тихий день, такое просто не возможно днём.
    Ещё одна неотъемлемая часть ночи – темнота. Не всегда темнота сопровождает ночь, иногда она может быть сама по себе, да и ночь может быть без неё, такие ночи называют Белыми. Но для большинства темнота и ночь едины. И оба эти понятия часто отождеств-ляют ещё с одним – Зло. Но разве может быть злом время сна, каковым ночь является, ведь сон великое благо без которого человек просто не может существовать. Однако, мало кто понимает это. Страх перед темнотой заставил людей пользоваться светильниками, их свет пытается бороться с темнотой не зная, что это бесполезно, ведь тьма бесконечна и непобедима.
    Борясь с темнотой, человек стал освещать не только непосредственно своё жилище, но и подходы к ним, улицы своих городов. Уличные фонари отгоняли тьму, но там, где кон-чалось их действие, по-прежнему господствовала она – Вселенская госпожа Темнота или Тьма, как любят её называть мыслители. Там была своя жизнь, отличная от той, что про-исходит на свету.
    Далеко не весь город был освещён. В основном, главные улицы, где и скопились за-поздавшие гуляки. А большая его часть была под властью Вселенской госпожи.
    Никем не замеченная Стая неслась по пустынным улицам. Сейчас они просто искали – искали то, что должно было стать их добычей. Как и положено, вожак был впереди. Время от времени он останавливался и вглядывался в темноту переулков, ничего не обнаружив, мчался дальше. Они не первый раз вышли на охоту, и видят звёзды, не последний. Каждая охота до этого была удачной – никто не мог скрыться от стаи свирепых хищников, знав-ших всевозможные ловчие приёмы.
    Вожак в очередной раз остановился, все замерли, когда стало понятно, что на сей раз, остановка была не бесплотной. Там в тёмном переулке была их добыча. Она конечно ещё не знала об этом, её зрение и нюх были куда слабее. Тихо-тихо, стараясь не спугнуть, во-жак направился в переулок, несколько серых братьев последовали за ним, другая часть бросилась в обход.

    До дома было ещё очень и очень не близко, а выпитое в центре пиво давало о себе знать. Хотя рядом, насколько он видел, и так никого не было, Николай, сам не зная поче-му, не решился справлять малую нужду прямо посреди улицы, а выбрал для этого бли-жайший переулок.
    Он уже застегнулся и собрался идти дальше, когда увидел с другой стороны переулка несколько человек. Люди шли крадучись и явно в его сторону. Студент ничего не знал о происходивших в городе убийствах, но чутьё подсказало ему, что ничего хорошего эта встреча не сулит. Быстрыми шагами, переходящими на бег он направился к выходу. Ско-рее интуитивно, чем слухом, почувствовал, когда люди побежали, и сам рванулся, что бы-ло сил. Остатки алкоголя вмиг вылетели прочь, в голове засела одна мысль – бежать, при-чём бежать как можно быстрее.
    Выскочив из переулка, он повернул направо. Сильная боль подступила к ногам, когда он ступил на асфальт. Казалось, нога сейчас хрустнет, и он беспомощно рухнет на землю. Но нога не хрустнула, радоваться времени не было. Пробегая мимо следующего переулка, краем глаза Николай заметил, что оттуда тоже бегут, причём эти были намного ближе. Он даже успел отметить, преследователи, судя по всему, примерно его возраста. Откуда толь-ко взялись силы для нового рывка, казалось, внутри сейчас всё оторвётся.
    Силы были на исходе, в горле пересохло на столько, что даже дышать было трудно, сильно кололо в правом боку, а преследовали всё не отставали. Ещё чуть-чуть и они дого-нят. Расстояние сокращалось – десять, девять, восемь шагов. Но бегущий об этом не знал, обернутся, значило, потерять драгоценные секунды.
    Кричать о помощи бесполезно, даже если кто услышит, всё равно не поможет, а так нужная энергия потратится. Да и вряд ли он вообще смог бы крикнуть, ведь во рту совсем сухо.
    Один из преследователей стал обходить справа. Колька попытался оторваться ещё раз – бесполезно сил уже нет. Тогда он принял чуть влево и еле удержался от падения. Сколь-ко он ещё продержится? Минуты или уже секунды, мгновения?
    Переулок! Может можно там спастись?
    Этот переулок потом ещё один, а там уже горят фонари. Здесь центральная улица ближе всего подходит к этой, а дальше она изгибается и идёт перпендикулярно, причём в противоположную сторону. На свету, быть может, всё обойдётся, кто-нибудь поможет.
    В переулке была большая лужа, но не время беречь ботинки и брюки, студент рванул-ся по воде, вода притормозила его, и он понадеялся, что также она притормозит преследо-вателей. Всплеска за спиной он не услышал, но не обратил внимания на это.
    Николай выбежал из переулка бросился к следующему. Ещё сотни две метров и мо-жет быть он спасён.
    Когда до переулка осталось около двух метров, на спину навалилась небывалая тя-жесть, а плечо пронзила острая боль. Через миг пришла мысль, что кто-то из преследова-телей прыгнул на него. Оба тела рухнули на землю. Для студента падение оказалось роко-вым. Он ещё успел почувствовать, как в тело вонзились острия. Боль была адская, но не-долгая. Через минуту Николай был уже мёртв.

    Человек увидел их и направился прочь. Он почти вышел из переулка, когда по едва заметному движению вожака они перешли на бег. В какую бы сторону он не рванулся, ему не уйти, по двум соседним переулкам уже бегут загонщики. Человек повернул напра-во, судя по тому, как изогнулась его фигура, он неумело вступил на асфальт. Никто из Стаи его ошибку не повторил.
    Потом, когда заметил загонщиков, человек побежал быстрее. Всем в Стае стало понят-но, что долго он так не продержится.
    Дальше догнать его было уже не сложно. Уставшая дичь не могла петлять, ещё немно-го и она будет настигнута.
    Когда Клык слегка вырвался вперёд и зашёл вправо, убегающий засуетился, хотя сам этого не понял. Он свернул в очередной переулок, потерял ещё несколько мгновений, пробежав по луже. Стая же просто перепрыгнула воду, поэтому и не было слышно вспле-ска. И уже выбежав из переулка, вожак снова прыгнул, теперь уже на добычу и не про-махнулся, он никогда не промахивался. Острый клык вожака вонзился в плечо жертвы, которая не выдержала толчка и упала. Подоспевшие загонщики вонзили клыки в ещё жи-вую плоть.
    Все дышали с огромным трудом, отходя от безумной пробежки. Все кроме вожака, ко-торый как будто и не бежал всю погоню впереди, лишь под конец, уступив загонщику по кличке Клык, а потом снова взяв первенство.
    Все молчали – охота удалась.

    Глава 2. Очередное убийство – новые проблемы.
    Когда Миша приехал на место, преступления тела уже не было, а там во всю труди-лись эксперты.
    – Почему меня не дождались? – капитан не понимал, что за самоуправство.
    Один из экспертов молча указал куда-то. Когда Миша посмотрел куда, он не понял другого – зачем его вызвали? Потому что там, куда он посмотрел, стояло несколько стар-ших офицеров. Двое были знакомыми, такие же сыскари, разве что званием повыше. Зна-комые увидели его и сразу подозвали.
    – Здравствуй, Миша! Не переживай, что без тебя управились, – произнёс стоявший ближе всех майор. – Потом снимки посмотришь. Но надо было действовать быстро все-таки центр города, как-никак. Нет, ты правильно приехал, без тебя никак не обойтись, район то твой.
    – Можно в двух словах объяснить, что к чему? – о субординации Мишка позабыл. Впрочем, никто не сделал ему замечания. – Почему здесь…
    – Сейчас всё объясню, – Вступил в разговор незнакомый подполковник. – Тут, Миха-ил, не просто убийство.
    – То есть? Я не понял. Кого то из…? – палец указал вверх.
    – Нет, слава богу, тут по проще. Просто по городу такое.. – говоривший указал на ме-ловой силуэт. – Такое убийство по городу не первое… и не второе. До этого мочили сброд всякий, что по ночам шастает. А сегодняшний оказался студентом. Те ещё можно было как-то замять, здесь никак.
    – А что, уже опознали?
    – По случайности, его однокурсник обнаружил. Сразу милицию вызвал. Тебя не на-шли, сразу то. Семен подъехал. – Семён был вторым из знакомых. Первого звали Андре-ем.
    – А может он сам его и того?
    – Проверяем.
    – Если и он, то вряд ли один, – заговорил упомянутый Семён. – Я в ножевых ранах, что-то да понимаю. Бил не один человек, как минимум трое.
    – В общем, Мишаня, мы все оказались в дерьме, да таком вонючем, – снова заговорил Андрей. – И ты, и я, и все эти милые господа офицеры.
    – Я не понял? – он действительно абсолютно ничего не понимал, пусть убийство не первое, пусть шума наделает, но по чему они в дерме?
    – Потому, Мишаня, – понял его замешательство майор. – Что хотя убийства и не афи-шировались, но преступников искали, причём хорошо искали, как раз такого случая опа-сались. И теперь нас всех без вазелина… и тебя заодно, на твоей земле труп нашли ведь. Эта херня уже не первый месяц и, главное, не единой зацепки. Ну, следы-то есть, наши умудрились даже форму ножа вывести, и всё, больше ничего. Чисто работают, суки. Даже сколько их и то неясно. Точно уж не трое, как Семён предположил – больше, причём на-много больше.
    «И чего я пошёл в ментуру, учился бы дальше, получил степень», – пронеслось в голо-ве. Работа без выходных на ближайший месяц обеспечена, а то и на два.
    – Андрей, ты в выражениях поосторожнее, – снова заговорил подполковник. – Лучше объясни Михаилу всё как следует, и побыстрее. Может он со свежим глазом что-нибудь приметит здесь.
    ¬– Пойдём в машину! – майор чуть не дернул друга за воротник. – Там мне сподручней.
    Когда оба сидели в машине, он начал рассказывать:
    – Началось всё, примерно, месяца три назад. Сначала нашли изрезанного бомжа, фотки ещё посмотришь. Потом ещё двоих нашли. Потом началось, но говорю, пока шли отбро-сы: бомжи, шлюхи, забулдыги. Всё было тихо, теперь начнётся. Чаще всего они жертву гонят, хотя иногда сразу режут, тех, кто толком бежать не может. Эксперты говорят, что в последний момент, на жертву, сзади прыгают и бьют ножом куда придётся. Потом уже добивают. С ножом этим отдельная история, но это потом. Так вот, у трупа никогда нет ничего в карманах, всё забирают, даже у бомжей, не брезгуют. Нападают всегда в неосве-щённых местах. Видал, как сегодня обнаглели, почти в центре. Главное, никто, ничего не видел, никто ничего не слышал. Думали сначала на скинхедов, они вроде не любят тех, кто позорит белую расу, но те ведь больше на показуху, так, что вряд ли они; какая-нибудь секта, может быть, не знаю. Ты теперь и проверишь, по крайней мере, в своём рай-оне. Только между нами, говорят, через братву пробивали, те не причём, и сами не слу-хом, не духом.
    – Всё?
    – Самое главное, ты теперь этим делом будешь заниматься лично. Твое начальство предупредят, может они тебе кого в помощь выделят.
    – Почему я?
    – Да по тому, что толковее тебя у вас в отделении нет, а дело важное. Пошли, место осмотришь. Может прав Костик – ну, подполкан, заметишь что.
    Ничего нового, не замеченного, Миша конечно не нашёл. Трудно было даже разгля-деть, где ходили эксперты, а где остались ночное следы. Однако в переулке он увидел не-сколько отпечатков обуви, здесь ещё не успели потоптаться, как следует. Спросил у экс-пертов, точно, следы наверняка оставили убийцы – слишком своеобразные, сшитые на за-каз шиповки. Видно не бедные. Какого чёрта тогда по карманам шарят?

    Когда приехали к Андрею, тот в первую очередь предложил позавтракать:
    – Да пошли они все. Совсем желудок испортить можно. Ты завтракал. Нет? Всё. По-едим, тогда за дела, – он поставил на стол термос и пакет с несколькими пирожками. – Чем бог послал. И ни слова про этих козлов, нечего мне аппетит мне портить.
    Пирожки, конечно, трудно было назвать едой, но обижать хозяина не хотелось, тем более, что они оказались очень вкусными (или просто натощак так показалось). Когда-таки завтрак состоялся, майор не спеша, убрал со стола, подошёл к сейфу. Оттуда он дос-тал несколько увесистых папок:
    – Вот. Любуйся! Тебе с этим ещё работать придётся, но пока по официальным каналам придёт, помереть можно. Так, что если что заинтересует, по-тихому скопируй. Я тебе ни-чего не говорил. Наши все дуб дубом. Ты, может, сообразишь, кстати, жди новых мокрух. Скорее всего, они у тебя продолжат. Так что готовь вазелин.
    – Андрей, а где скопировать можно? Ты говоришь.
    – Где-где, в…– майор махнул рукой. – Показывай, что нужно. Принесу потом.
    Больше всего Мишку заинтересовал рисунок ножа, но, правда, не с профессиональной точки, а так – слишком замысловатая форма, оригинал, наверное, ещё удивительней. Ко-нечно, необходимы ему были заключения экспертов и протоколы осмотра мест преступ-ления, чтобы хоть что-то надумать.
    – По моему когда разберутся?
    – Завтра, точно будет, если не сегодня, им тоже разгона дали. Ты с моими разберись сначала, в принципе, там всё одно, ну, или почти всё.
    Во всех отчётах действительно было практически одно и тоже:
    смерть наступила от нанесения многочисленных ран несовместимых с жизнью;
    перед смертью потерпевший, вероятно, спасался бегством;
    раны нанесены разными людьми и разным, хотя и схожим, оружием;
    количество людей, наносивших раны, было разным, но всегда большим десяти;
    первый удар наносился с прыжка и не всегда был смертельным, наносила его всё вре-мя одна рука;
    отпечатки обуви, когда их находили, тоже были практически одинаковыми – шиповки не заводской работы.
    Большую часть рабочего дня Мишка просидел у майора, потом показал, что его особо интересовало, и стал собираться. Андрей лично отвёз друга. Начальство уже всё знало.
    – Если разберёшься с этим, высоко влетишь, не разберёшься, всех нас опустят, – бро-сил майор на прощанье.
    Семён ждал на проходной:
    – Я уж думал, ты у Андрюхи заночевать собрался.
    – Я с документами ознакомлялся. Должен же я знать, какое дерьмо мне на голову сва-лилось. Ты долго ждёшь? На фиг я тебе вообще понадобился?
    – Тебя сделали центральной фигурой по этому делу, я явился на место раньше, теперь тоже придётся расплачиваться за свою расторопность. А ещё, главный велел, как при-дёшь – вместе к нему.
    Миша успел подумать, что главному – полковнику Максиму Семёновичу Петухову, тоже волей-неволей придётся участвовать в расследовании, пока звёзды не сняли.
    Начальник сидел за столом и читал какие-то документы. Когда офицеры вошли в ка-бинет, он сразу положил бумаги и обратился к ним:
    – Явились-таки господа. Присаживайтесь.
    Он дождался, пока пришедшие устроились за столом, и продолжил.
    – Время уже немало, поэтому сразу к делу. Оба вы знаете про сегодняшнее происше-ствие. Паренёк-то сам по себе был никто, да учился он в больно известном вузе. Он не бродяга, о котором никто и не вспомнит, поэтому сверху приказано кинуть на это дело лучших, своими силами не справимся, Москву подключат. Только неприятность будет од-на очень существенная, – он провёл пальцами по своему погону, будто что-то стряхивая. – Так что нам следует очень-очень постараться.
    – Простите, Максим Семёнович, вы в курсе, что у тех, кто по бомжам работал, не од-ной зацепки нет? – осмелился спросить Миша.
    – У них бомжи, замять несложно, поэтому они могут зацепку не найти, а мы, если хо-тим на местах и при звёздах остаться, обязаны не зацепку, а преступников найти. Вот кстати, Михаил, первичное заключение экспертов, ознакомься! – полковник протянул бу-маги, которые до этого рассматривал.
    Капитан пробежал глазами отчёт, точнее здесь было несколько отчётов разных спе-циалистов даже ещё толком не оформленных. Всё тоже:
    «…Смерть наступила в результате нанесения многочисленных травм несовместимых с жизнью, первый удар был не смертельным…» и так далее, и тому подобное, ничего ново-го.
    Михаил не удивился скорости экспертов. Про себя он уже сделал кое-какие выводы. Например, что это убийство большой геморрой не только для них, но и для всего города, не дай бог всплывут факты о других случаях или ещё кого укокошат – город точно поте-ряет свою притягательность для студентов, глава администрации своё место. А вместе с главой города и вся верхушка местной милиции сменится. Поэтому так все и шевелятся. Ох, и не повезло их отделению, попадут под раздачу, как пить дать, попадут.
    – Короче говоря, работать придётся без выходных, звёздочки дороже, – этого и стоило ожидать. – Потом отдохнём. Каждый день докладывать мне о проделанной работе. Любые предположения и слухи, хоть про инопланетян или господа бога, всё сообщать, авось на мысль наведёт. И чтобы никому лишнему ни пол слова. Всё понятно?
    – Так точно – офицеры сказали это в один голос.
    – Свободны.
    Легко сказать – свободны, когда дал непосильную задачу. Впрочем, что полковнику ещё оставалось, теперь эму самому крутиться, как белка в колесе, придётся, чтобы хоть на месте удержатся.
    Когда Михаил вернулся домой, он был совершенно разбит. К чему приведут их тре-пыхания? Получится найти хоть какую-то зацепку, он не знал? Что принесёт день зав-трашний, получат они хоть какую-то подсказку? Кто знает ответ?
    О том кто может знать, он вспомнил только через три дня.

    Глава 3. Творческая личность.
    Что чувствует человек, когда он творит? Что ощущает человек, творящий что-то на компьютере? Не имеет значения, чем является его творение – книгой, программой или статьёй. Кончики пальцев чувствуют под собой кнопки клавиатуры, уши слышат, как эти кнопки вдавливаются вниз. Звук необычайно красив, особенно для творца. Даже если из колонок или наушников льётся музыка, творец всё равно слышит этот звук, не ушами так кончиками пальцев, всем телом. И слыша его, испытывает некое наслаждение непо-нятное другим. Наслаждение оттого, что сейчас рождается великая вещь.
    Но это ощущение не сравнится с другим, тем которое автор испытывает тогда, когда вещь уже создана.
    Владимир работал без музыки, наслаждаясь гудением системника и хлопаньем кла-виш. Когда-то он так же наслаждался, создавая рассказы, теперь, когда понял, что просто-му человеку беллетристикой заработать практически невозможно, переключился на сце-нарии для компьютерных игр. Он сразу услышал звонок в дверь. Но оторвался от своего занятия только, когда допечатал предложение. Он всегда был несколько педантичен.
    В свою очередь, Миша знал эту черту друга и не обиделся. Когда дверь открылась, он даже улыбнулся.
    – Привет, Вован! Зайти можно?
    – И тебе привет! Заходи, коль припёрся, Михайло Потапович.
    – Брось прикалываться, мне особо не до шуток, – гостю вспомнилась причина его ви-зита. – Дело к тебе могарычёвое.
    – Кто прикололся так это твои родители, назвав тебя Михаилом при таком отчестве, – они были уже в комнате, и хозяин жестом указал, куда можно присесть. – Что за дело? Рассказывай!
    – Дело по моей работе. Как понимаешь, с тобой, говорю на свой страх и риск. Проню-хают, шею намылят.
    – Не топчись! В Интернет твои новости выкидывать не буду. Что конкретно?
    – Ты слышал, что четыре дня назад студента в центре мочканули?
    – А кто в городе об этом не слышал?
    – Так вот проблема в том, что дело поставлено на строгий контроль, а я лично занят в расследовании. Только по секрету, он ведь не первая жертва.
    – Твой секрет – секрет Полишинеля, – ну и сказанул, интеллигент чёртов. – Про бом-жей пол города слышали, наверное. По-крайней мере из моего круга.
    Этого капитан никак не ожидал. Новость его прямо ошеломила. Он даже замолчал на некоторое время.
    – Что притих? То, что знают больше чем двое уже не тайна, сколько в вашей структуре об этом знало? Я другого не понимаю, чего тебе от меня нужно. Надеюсь, не глухарь ре-шил на меня повесить, – на лице Владимира расползлась широкая улыбка.
    Шутка хозяина привела Михаила в чувство.
    – Нет, конечно. Но ты верно заметил, дело – глухарь. За три месяца ни одной зацепки. А при неудаче можно погон лишиться. Выбор у меня небольшой, что к тебе за помощью обратился – вылететь могу, что так, ни хрена не найду – точно вылечу. Из двух зол выбрал меньшее.
    – Из двух зол и выбирать не стоит. Что за помощь? Говори!
    – Ты же писатель… был.
    – И есть. Писатель остаётся им пока пишет. А я для «АРБАТ» сценарии для игр готов-лю,– внешне хозяин не изменился, но по голосу стало понятно, что он злится.
    – Извини. Ну так вот, я знаю, что башка у тебя варит – будь здоров. Подумал, что если ты сможешь дать хоть какую–то подсказку. Наш полкан велел ничем не брезговать. Лю-бая догадка поможет. А ты ведь творческий ум, вмиг, что-нибудь придумаешь.
    – Предоставишь материал, подумаю. Да только кто тебе его вынести даст, а я в менту-ру не ногой.
    – Вынести не проблема, тем более мне один человек копии своевременно сделал на некоторые. В принципе там везде одно и тоже. Смотри! – Он бросил на стол десятка два ксерокопий. Часть листьев слетела на пол, но хозяин сразу их поднял.
    – Впечатляет, когда на меня дело заведут, также вынеси оригинал, – Владимир снова улыбнулся.
    Примерно полчаса он изучал материалы. Всё это время на его лице не дрогнул ни один мускул. Миша заворожено следил за другом. Сообразит, точнее, придумает ли он что-нибудь? Это единственный шанс найти зацепку. Правда, всегда можно сходить к гадалке, но это уже не серьёзно.
    –Тут разные даты, можешь уточнить остальные? – спросил писатель, уложив прочи-танные материалы ровной стопочкой.
    – Могу. Только зачем?
    – Кто из нас анализирует? Мне нужна картина как можно полнее.
    – Телефон подай!
    Владимир молча протянул аппарат. Номер Андрея Михаил знал наизусть. На месте ли друг, скажет ли он то, что нужно? Трубку на том конце сняли после третьего гудка. Майор узнал его сразу.
    – А, Мишаня, привет! Ну, как успехи?
    – У меня как раз, одна мысль вроде как зреет, только даты ты не мог бы все сказать?
    – Без проблем, записывай!
    – Сейчас, подожди! – рука прикрыла трубку, он шёпотом крикнул Владимиру. – Дай записать.
    Тот отреагировал вмиг. Подал ручку и лист из стопки.
    – Готов, диктуй.
    Скоро список был готов, причём Андрей на всякий случай указал при каждой дате своё определение жертвы. Капитан повесил трубку и подал лист аналитику.
    – Может полезно тебе будет знать? Андрей говорил, что они сначала думали на ски-нов, потом на сектантов, сект сейчас пруд пруди. Надумал что-нибудь?
    – Думаю, что да. Не скины, это точно. Во-первых, не их стиль они обычно забивают, а не режут, во-вторых, Колька был русским. Насчёт сектантов разговор особый. Если это секта, то не христианская, даты не всегда совпадают с праздниками, хотя и попадается, я думаю случайность. Не сатанисты, по той же причине. Круг поиска по сектам остался ми-нимум. Может быть просто отморозки, но мне кажется, тут не всё так просто.
    – И на том спасибо, – было понятно, что хотя круг и сузился, легче оперу не стало.
    – Я не договорил, самое интересное дальше. Жертву гнали, кроме тех, кто бежать не мог, их убивали сразу. Так? Дальше, в конце погони один из преследователей прыгает и вонзает нож, прыгает всегда один и тот же. Форма ножа, если верить вашим спецам напо-минает клык – волчий клык. В погоне всегда участвует более десяти человек. Знаешь на что это больше всего походит? На волчью стаю.
    – По-твоему, у нас действует банда психов считающих себя оборотнями?
    – Нет, не оборотнями, считающий себя оборотнем, скорее всего, стал бы действовать в полнолуние. Не одно из убийств не произошло в полнолуние. Они считают себя волками, либо пытаются это внушить. Тут тебе нужен психолог или психиатр, чтобы уточнить. Но всё их поведение – поведение стаи на охоте. Они гонят жертву, пока вожак одним прыж-ком не сваливает её. Потом волки честно делят добычу – каждый вонзил нож в тело. И ещё, если хочешь их найти, мой совет попробуй проверить носителей волчьих имён и фа-милий, в первую очередь тех, кто уже лечился в психушке. Это Волковы, Бирюковы, Хортовы, Серые, Вольфы, Вульфы и Хорты.
    – Что за «Хорты»?
    – Хорт – это волк по-русски, по-древнерусски, – Владимир несколько удивился. – Я думал, ты знаешь.
    – Не слышал. Так, понятно. Ещё что посоветуешь?
    – Не суетиться, через два дня полнолуние. Они не выйдут. Не хотят, наверное, чтобы их с вывертнем путали, – говоривший вовремя заметил недоумение на лице собеседника и добавил, – вывертень и оборотень одно и тоже, по-русски. Ночь перед полнолунием и ночь после иногда тоже считают временем оборотня.
    – Откуда ты всё это знаешь?
    – Читал раньше очень много. Тебе тоже не помешает ознакомиться, если я прав, изу-чить волчьи повадки.




    Категория: Мои наброски | Добавил: Окрута (20.03.2008)
    Просмотров: 490 | Рейтинг: 5.0/1
    Всего комментариев: 0
    Имя *:
    Email *:
    Код *:
    Поиск


    Тропы Ущелья


    Copyright MyCorp © 2017Конструктор сайтов - uCoz